Сайт для писателей МИР ПИСАТЕЛЕЙ

Наш Мир снова оживает!

Grishka — Mon, 26 Jun 2017 19:52:57 GMT

Дорогие миряне и гости форума, мы вновь приглашаем всех поучаствовать в жизни нашего МирПиса!

Ждем ваших работ, участия в конкурсах, играх, дуэлях, а также предложений по улучшению работы форума, которые вы можете смело оставлять здесь!

С уважением, администрация.

Конкурс прозы "Курортный роман"

Grishka — Thu, 11 Jun 2015 23:30:12 GMT

Конкурс прозы "Курортный роман"

(идея Гришкина)

Тема: Летние приключения.

Дорогие друзья, я решил снова охаметь, и без согласования с кем-либо организовать и провести конкурс эротической прозы.
Наконец-то наступило долгожданное знойное лето. Лето - пора отпусков, и конечно же курортных интрижек. Даже если вы сидите в душном офисе, ваш кондиционер плюется жидким паром, а до отпуска еще несколько недель (а то и месяцев), но в Ваших силах помечтать и отправить ваших дорогих героев в увлекательное приключение. Где и когда они встретятся, чем займутся, и к чему в результате приведет их рандеву, решать только Вам, дорогой автор!

Свои мысли предлагаю оформить в виде небольшого рассказа до 20 000 знаков с пробелами (проверяется в ворде: сервис - статистика). Плюс пару тысяч зсп считаю вполне допустимым.

Жанр любой!

Срок сдачи работ – две недели до 26.09.2015 (включительно). Если наберется менее пяти работ, срок могу продлить еще на неделю.

Всех, кого заинтересует участие в конкурсе, просьба до указанной даты сбросить произведения на электронный адрес координатора конкурса – grishka.ua@gmail.com . Напоминаю, что это должны быть произведения новые, не светившиеся раньше ни на нашем, ни на других сайтах. И на протяжении конкурса они не должны быть нигде опубликованы. В теме письма, отправленного координатору, указывайте ваш никнейм на сайте и пометку «Курортный роман».

После указанной даты ваши работы будут выложены здесь под порядковыми номерами, анонимно. И голосование можно будет считать открытым. Участники должны будут голосовать обязательно в ЛС координатору.

За призовые места будут присуждены такие награды:

За 1 место – 150 баллов в репутацию, медаль, место на Доске почета, звание Мастера Прозы, место на главной странице в качестве «Гордости сайта».

За 2 место – 100 баллов в репутацию и медаль.

За 3 место – 80 баллов в репутацию и медаль.

Остальные участники получают за каждое произведение по +30 баллов в репутацию.

Если вдруг у нас наберется много интересных работ, то можем попробовать слепить новый сборник рассказов.

Итак, удачи Вам, творческого вдохновения и давайте вместе окунемся в пучину летних интриг!

Конкурс находится по ссылке http://pisatelforum.ucoz.ru/forum/20-3942-156428-16-1434065152

Конкурс прозы "Неписец"

Grishka — Mon, 30 Mar 2015 19:48:59 GMT

Конкурс прозы "Неписец"

(идея Гришкина)

Тема: Что такое (кто такой) Неписец.

Дорогие миряне, я решил в конец охаметь, и без согласования с кем-либо организовать и провести конкурс прозы.
Ввиду катастрофического и всепоглощающего молчания, которое в последнее время наполняет страницы нашего вечнозеленого форума, я могу предположить, что к каждому мирянину пришел в гости таинственный Неписец. Но кто же или что же это такое? Что за странная сущность скрывается под этим странным названием? Каким вы, дорогие авторы, видите этого Неписца? Может вы знаете жуткую историю про этого монстра?

Свои мысли предлагаю оформить в виде небольшого рассказа, скажем до 20 000 знаков с пробелами (проверяется в ворде: сервис - статистика). Плюс пару тысяч зсп считаю вполне допустимым.

Жанр любой!

Срок сдачи работ – две недели до 12.04.2014 (включительно). Но, в случае жесточайшего Неписца (если наберется менее пяти работ), срок могу продлить еще на неделю.

Всех, кого заинтересует участие в конкурсе, просьба до указанной даты сбросить произведения на электронный адрес координатора конкурса –grishka.ua@gmail.com. Напоминаю, что это должны быть произведения новые, не светившиеся раньше ни на нашем, ни на других сайтах. И на протяжении конкурса они не должны быть нигде опубликованы. В теме письма, отправленного координатору, указывайте ваш никнейм на сайте и пометку «Неписец».

После указанной даты ваши работы будут выложены здесь под порядковыми номерами, анонимно. И голосование можно будет считать открытым. Участники должны будут голосовать обязательно, но в ЛС координатору.

За призовые места будут присуждены такие награды:

За 1 место – 200 баллов в репутацию, медаль, место на Доске почета, звание Мастера Прозы, место на главной странице в качестве «Гордости сайта».

За 2 место – 150 баллов в репутацию и медаль.

За 3 место – 100 баллов в репутацию и медаль.

Остальные участники получают за каждое произведение по +30 баллов в репутацию.

Если вдруг у нас наберется много интересных работ, то можем попробовать слепить новый сборник рассказов.

Итак, удачи Вам, творческого вдохновения и давайте вместе победим НЕПИСЦА!!!

Конкурс находится по ссылке http://pisatelforum.ucoz.ru/forum/20-3890-155060-16-1427742736

ПРОИЗВЕДЕНИЕ ДНЯ (ПОЭЗИЯ)

D4575 — Sun, 23 Nov 2014 01:14:06 GMT

Осень моей любви.

Я мечтала тебя любить,

Я хотела тебя понять,

Я пыталась тебя забыть,

И ночами не вспоминать…

Я искала вход в лабиринт,

Из которого выхода нет,

Я зубами грызла гранит,

Ну, а ты усмехался в ответ.

Я прошла в темноте свой путь,

Зря ища в конце яркий свет

Не имея права всплакнуть

И из памяти все стереть…

Я пыталась, но видно зря,

Не дано изменить судьбу,

Я мечтала, тебя любя,

А в реальности жгла листву…

Автор Lenzik

ПРОИЗВЕДЕНИЕ ДНЯ (ПРОЗА)

D4575 — Sun, 23 Nov 2014 01:09:18 GMT

Столик на одного

Как хорошо, что некого винить,
как хорошо, что ты никем не связан,
как хорошо, что до смерти любить
тебя никто на свете не обязан.

Как хорошо, что никогда во тьму
ничья рука тебя не провожала,
как хорошо на свете одному
идти пешком с шумящего вокзала.
(Иосиф Бродский)

Он снова пришел. Как всегда, четко по графику, спустя ровно пятнадцать минут после открытия кафе. Единственный клиент, посещающий это заведение в столь ранний час. С некоторых пор, становясь утром за свое рабочее место – черную глянцевую барную стойку, я пристально смотрю на входную дверь, ожидая его. Отчего-то я каждый раз радуюсь, слыша ранним утром звон колокольчиков, означающий, что пришел посетитель. Наверное, моя радость связана с тем, что я точно знаю, чей приход предвещает этот звук.
Поначалу меня удивляла точность, с которой этот господин ежедневно посещает сие заведение, но потом привык. Его появление в кафе-баре «Одинокий трактирщик» стало чем-то вроде неизменной традиции. Кстати, это еще одна причина моей радости – его постоянные визиты привносят в мою беспорядочную жизнь хоть каплю стабильности. Этакая ложка меда в бочке с дегтем.
Вот и сегодня пасмурным дождливым утром я пришел на работу и, оставив зонт с курткой сушиться в подсобке, прильнул к стойке, ожидая своего постоянного утреннего клиента. До четверти десятого оставалась одна минута и я, вдруг подумал: «Вот он приходит сюда каждый день, снимает шляпу, приветствуя меня, и через какое-то время уходит, проделав ту же операцию со шляпой, только уже прощаясь. А я ведь даже не знаю его имени». Хотя чему я удивляюсь? По утрам в кафе царит суматоха и полная неразбериха. Официанты и официантки, придя, начинают расставлять перевернутые стулья и протирать столы. Озябшие после улицы повара, ежась, натягивают на себя мятые колпаки и облачаются в белые фартуки. Двери на кухню беспрерывно распахиваются и закрываются, грозя слететь с петель. Весь этот сумбур, ставший традиционным, сопровождается громкими переговорами и руганью. В такой обстановке немудрено позабыть обо всем на свете.
Но сейчас в кафе царила несвойственная для него тишина; мои мысли не нарушал ни грохот стульев, ни чья-либо брань; лишь едва слышный стук посуды доносился с кухни. Сегодня был редкий день, в который я мог насладиться относительным спокойствием и забыться в работе, не отвлекаясь на расспросы ненавидимых мною коллег. Одна из официанток уволилась два дня назад, другая – ушла на больничный, а двое неугомонных юношей-официантов отпросились до обеда, поэтому кроме меня и поваров на кухне в кафе-баре не было ни единой души.
Мои мысленные рассуждения прервал звук колокольчиков, покой которых нарушила распахнувшаяся входная дверь. В дверном проеме очутилась сгорбленная фигура в мокром от дождя плаще и шляпе. Вот и он – мой молчаливый клиент.
Сутулая фигура сделала еще один шаг и оказалась прямо под абажуром тусклой лампы. Желтый свет озарил слегка морщинистое лицо с извечно печальной улыбкой-полумесяцем. Мужчина по своему обыкновению снял передо мной шляпу, демонстрируя лоснящуюся плешь, окольцованную дорожкой седых волос, и молча направился в самую дальнюю от входа часть кафе.
- Здравствуйте. – Я впервые поприветствовал его вслух, а не немым кивком.
Он остановился так резко, будто вляпался во что-то. Я недоумевающе посмотрел на застывший передо мной профиль. Крючковатый, точно клюв орла, нос чуть дернулся, как бывает, когда человек хочет чихнуть. Мужчина повернулся и окинул меня удивленным взглядом. Грустный полумесяц на каменном лице вдруг перевернулся с ног на голову и стал веселой, задорной улыбкой, свойственной добродушным старикам.
Ничего не сказав, он последовал дальше – в конец длинного зала, заставленного стульями и столиками. Провожая его взглядом, я вдруг спохватился – совсем забыл перевернуть стулья (обычно это делали официанты).
Увидев, что я на всех парах мчусь к нему, мужчина остановил меня жестом, улыбнувшись моей суетливости.
«Он на удивление часто улыбается сегодня. – Подумал я. – Возможно, стоит попробовать найти с ним общий язык. Как-никак именно мне придется обслуживать его до обеда».
Мужчина повесил свой плащ и шляпу на вешалку, оставшись в коричневом костюме тройке, и, самостоятельно перевернув стул, вальяжно расселся на нем.
Я вернулся к стойке и, взяв меню, направился к нему. Он всегда занимал это место – единственный столик на одного в нашем кафе.
Подойдя, я положил меню на дубовую столешницу и встал рядом, ожидая заказа. Но его не последовало. Мужчина сидел сложа руки и задумчиво сверлил взглядом стол, а, увидев перед собой кожаный переплет каталога блюд, поднял голову и непонимающе уставился на меня:
- Мне как обычно… - Слегка растерянно сказал он.
Но куда больше растерялся я. Да что уж говорить, я просто замялся, как школьник, незнающий ответа на вопрос учителя. Знать предпочтения клиентов, пусть даже постоянных, не входило в обязанности бармена, но мне было очень неловко перед этим господином. Впрочем, по счастью, он взял инициативу в свои руки и поспешил исправить ситуацию:
- А где Надежда? – Спросил он.
- Надя? Официантка? – Промямлил я. – Она на больничном.
- В этом мало хорошего. – Заметил мужчина. – Ну, а где остальные официанты?
- В это трудно поверить, но сегодня нет ни одного. И не будет до обеда. – Вздохнул я.
- Ну что ж, значит, нам придется найти с вами общий язык. – Вдруг озвучил он то, о чем я думал минуту назад.
- С радостью! – Воскликнул я.
- Приятно видеть такой энтузиазм. Вот что, молодой человек. Отложите лучше эту бесполезную книгу. – Сказал он, указывая на меню. – Мой заказ незамысловат и всегда одинаков: пепельница и четыре двойных эспрессо. Если я захочу повторить заказ или поменять пепельницу, то я позову вас. Как видите ничего сложного.
- Уверяю вас, скоро вы убедитесь, что я ничем не хуже Надежды. – Дружелюбно улыбнулся я, готовясь отправиться выполнять заказ.
Мужчина улыбнулся, и было видно, что эта третья улыбка далась ему непросто.
- Ничто и никто не в силах заменить надежды… Дмитрий. – Ответил он, покосившись на бейдж с моим именем и достав из-под стола кожаный портфель, принялся рыться в нем, не обращая более внимания на мое присутствие.
Я понял, что стоять над душой дальше не имеет смысла и пошел выполнять заказ. Вернувшись к стойке, я включил кофе-машину, поставил наполняться две чашки, и, взяв с полки стеклянную пепельницу, отнес ее «улыбчивому» клиенту. Он отблагодарил меня едва заметным кивком, достал из портфеля сигареты и, прикурив, стал задумчиво пускать дым через нос. Вновь возвратившись к кофе-машине, я налил еще две чашки эспрессо и, водрузив все четыре на поднос, отнес к столику. Мужчина опять коротко кивнул и взялся за первую чашку.

Прошло от силы полтора часа с того момента, как я принес клиенту его заказ. И каково было мое удивление, когда я услышал голос из конца зала:
- Дмитрий! Повторите, пожалуйста, кофе.
Я не желал верить своим ушам и подошел к столику. Выстроенные вряд, на краю стояли четыре пустые чашки, огораживая собой лежащий на столешнице исписанный блокнот. Наверное, я выглядел уж очень ошарашено, потому что мужчина глухо ухмыльнулся и, разведя руками, сказал:
- Надежда тоже в первый раз удивилась.
- Но ведь это ужасно вредно, пить столько кофе. – Промямлил я, забыв о должном обращении с посетителями.
- А что поделать, Дмитрий? – Ответил он. – Не отказываться же мне от своих привычек, пусть и дурных. В конце концов, человек целиком состоит из них. Так зачем избавляться от того, что является частью тебя? Уж лучше пусть мои привычки избавятся от меня.
Немного успокоившись, я спросил, до сих пор не веря своим ушам:
- То есть мне принести еще четыре кофе?
- Да, именно. – Кивнул он. – Хотя постойте. Принесите лучше пять, мне кое-что пришло на ум.
Взяв поднос с пустыми чашками, я бездумно поплелся к барной стойке. Меня поразило больше не то, что мужчина заказал пять кофе, а то, сколь по-разному люди смотрят на жизнь. Вот этот почтенный господин, например. Он относится с трепетом к каждой мелочи в своей жизни, даже к своим привычкам, в то время как другие считают данный им отрезок времени на земле расходным материалом. Кто угодно посчитал бы этого мужчину сумасшедшим. Кто угодно, но не я. Потому что мне слишком хорошо известно, что значит отличаться от серой массы…
Надо сказать, я с детства был не таким как все. Белая ворона – вот максимально подходящее описание меня. Нет, я не имел проблем в общении со сверстниками. Это общение просто напросто отсутствовало. Не потому что со мной не хотели общаться, а потому что я сам ни с кем не разговаривал. По этому добровольно избранному пути изгоя я иду и по сей день. Со временем из-за моего характера стали появляться проблемы. Дело в том, что «нормальных людей» пугает и чрезвычайно раздражает мое убийственное спокойствие. Взять хоть эту работу. Однажды мой начальник в крайне грубой форме отчитывал меня за то, что я не вымолвил ни слова в ответ на недовольные возгласы разъярившегося на ровном месте клиента. Беднягу так завело мое молчание, что перестаравшись с ором и руганью, он покинул наше кафе на носилках скорой помощи. Такая же участь чуть не постигла и начальника, но тот вовремя унял свой пыл и, покрасневший от гнева, ушел, грозясь упечь меня в психушку. Подобные инциденты случались со мной постоянно, и поэтому риск выиграть путевку в дурдом с каждым разом возрастал.
Именно поэтому я понимал, вернее, понял только что, почему этот мужчина столь замкнут и немногословен. Он просто не похож на других, вот и все. Даже удивительно, как мало нужно, чтобы изолировать человека от общества – всего лишь убедить его в собственной ненормальности. И вот, как результат, этот человек удален от себеподобных, словно прогнивший ноющий зуб, вырванный дантистом.
В процессе приготовления новых порций кофе я улетел своими мыслями так далеко, что от волнения не осталось и следа. Когда я очнулся от захлестнувших меня размышлений, пятая чашка уже до краев наполнилась черным кофе. Поставив ее на поднос к остальным, я направился к одиночному столику, теснящемуся в дальнем углу зала.
Подойдя, я застал мужчину в крайне задумчивом и отрешенном состоянии. Он курил сигарету и пилил хмурым взглядом лежащий на столе блокнот. Только когда я поставил поднос прямо перед ним, он вышел из астрала и пронзительно взглянул на меня.
- Ваш кофе. – Объяснил я, видя, что мужчина все еще не пришел в чувства.
- Ах да! – Опомнился он и, вскочив с места, подставил второй стул к своему столику. – Спасибо, Дмитрий. Пожалуйста, садитесь.
В тот момент я, прямо скажу, опешил. Мне показалось, что он надо мной глумится, но взгляд его трудно было бы назвать глумливым. Тогда я опешил еще больше, потому что не знал, что делать.
Но мой посетитель был непоколебим. Казалось, он может простоять так хоть сутки. Я посмотрел ему в глаза. Они излучали не то мольбу, не то холодное безразличие. Наконец, я справился с собой и с вызовом спросил:
- Вы верно шутите?
Его улыбка-полумесяц дернулась, на мгновение распрямилась, но тут же вернулась в прежнее печальное положение.
- Отнюдь! – Уверенно ответил он.
Я на мгновение сконфузился, но решив, что выгляжу глупо, вздохнул и послушно опустился на стул.
- Вот и славно! – Мужчина, наконец, соизволил улыбнуться. – А теперь, спрашивайте. – Он уселся напротив и уставился на меня.
- Спрашивать что? – Не понял я.
- То, что вас интересует. – Лаконично объяснил он.
- Но с чего вы взяли, что меня что-то интересует?
- Для этого не нужно быть чтецом мыслей, Дмитрий. Ваш взгляд... Он о многом говорит. Вернее о многом спрашивает.
- Как ваше имя-отчество?
Мужчина рассмеялся:
- Что ж, неплохое начало. Меня зовут Платон Григорьевич.
- Очень приятно. – Сказал я, не из вежливости, а скорее, потому что не знал, как продолжить разговор.
- Взаимно, Дмитрий. Впрочем, почему вы отмалчиваетесь?
- Простите?
- Я начал посещать сие чудное заведение еще задолго до того, как вы стали здесь работать. Но с вашим появлением я стал ежедневно ощущать на себе любопытный взгляд. А теперь, когда я сам готов дать вам ответы на все вопросы, вы почему-то молчите, словно на допросе. Почему?
- Вы правда не шутите? – Переспросил я.
- Чтоб мне сдохнуть! – Неожиданно заявил он. – Такой ответ вас убедит?
Я слегка замялся:
- Ну что вы… Не стоит так…
- Не стоит так трепетно относиться к словам. В конце концов, это только слова. И мы вновь отклонились от темы. Не тяните. Спрашивайте!
- Кто вы? – Неожиданно для самого себя спросил я.
- О-о-о! Это уж очень простой вопрос. Я поэт. – Преспокойно ответил он и, покончив с первой чашкой кофе, закурил сигарету.
Я несколько удивился, но не стал медлить со следующим, мучающим меня вопросом:
- Почему вы каждый день сюда приходите? Вернее, почему именно сюда?
- Опять-таки ничего сложного. Мне нравится это место. Здесь всегда царит уютный полумрак и тишина. Но самое главное – это то, что до обеда сюда почти никто не заявляется кроме меня. – Он пустил сухими губами пару дымных колец и посмотрел на меня, ожидая следующего вопроса.
- А почему вы стремитесь уйти от людей, Платон Григорьевич?
Услышав эти слова, он переменился в лице. Полумесяц, находившийся до этого момента в состоянии усмешки, расправился; сам мужчина нахмурился и пододвинулся ближе к столу.
- А вот это уже похоже на интересующий вас вопрос. – Одобрительно кивнул он. – И, признаться, у меня нет на него четкого ответа. Лишь рассуждения.
- Тогда изложите их. – Настоял я.
- Ну разумеется. – Сказал он и потушил сигарету. – То, что вы сказали, звучит несколько некорректно. Я не изолируюсь от людей, а скорее изолирую их от себя.
Платон Григорьевич сделал паузу, взялся за вторую чашку и, отпив немного кофе, продолжил:
- Люди в большинстве своем очень даже неплохи, но, как известно, не идеальны. Это они компенсируют тем, что стремятся добиться идеала во всем, к чему прикасаются. У Ламарка, помнится, была такая теория, что все живые существа эволюционируют благодаря своему стремлению к совершенству. Так вот, если относительно животных эта теория ошибочна, то к людям она вполне применима, Дмитрий.
- Не понимаю, к чему вы клоните?
- Очень просто. Люди стараются сделать свою жизнь совершенной, сделать идеальным общество и среду обитания. Но чтобы все эти мечты воплотить в жизнь, нужно отчистить общество. Оно должно стать «стерильным», как медицинский спирт. – Он сделал еще один крупный глоток из чашки и снова достал сигарету.
- Кажется, я начинаю понимать…
- Потому что все до смешного просто. Я – тот, кому не место среди общества. Обществу же, соответственно, не место рядом с такими как я. Это простейший естественный отбор, о котором говорил еще Дарвин.
- Впервые вижу поэта, увлекающегося биологией. – Заметил я. – Но теория интересная, хоть и несправедливая.
- Это не теория, Дмитрий. Так есть, было и всегда будет. А что до биологии, то я неспроста ей увлечен. Ведь я всю жизнь посвятил хирургии. Поэзия прокралась в нее гораздо позже, когда я ушел на пенсию.
- И все-таки это несправедливо!
- Что именно? То, что я хирург на пенсии? – Улыбнулся он.
- Нет, то, что люди, которым вы, возможно, спасли жизнь, считают вас лишним в обществе.
- В этом нет ничего удивительного. Людям помогают другие люди, а слова благодарности выслушивает бог. – Платон Григорьевич глубоко затянулся. – Так уж у нас заведено.
- И все-таки это несправедливо! – Упрямо повторил я.
- Может быть и так. В любом случае, винить в этом людей не стоит.
- Но ведь это они виновники такой несправедливости!
- Вы правы отчасти, Дмитрий. Во всех своих невзгодах и бедах виноваты действительно только люди. Но вот в остальном они невинны. Остальное – лишь инстинкты, которые текут в их крови: самосохранение, борьба за место под солнцем, притеснение слабых.
Я был на грани сумасшествия. Меня начинало трясти от его рассуждений. Нет, в них не было ничего нового. Просто все сказанное им – чистой воды правда. И от этого становилось горько, от этого ком подступал к горлу; хотелось уже не рыдать, а кричать во всю глотку в надежде, что хоть кто-нибудь услышит. Но я прекрасно понимал, что люди по природе своей – существа душевноглухие.
Я взял себя в руки и, стараясь не выпустить слезы на волю, спросил:
- Но неужели вы… Вы, Платон Григорьевич, с этим смирились?
- Ну, не стану лгать вам, поначалу я чувствовал себя опустошенным. Было тяжело. Однако от суицидальных мыслей меня уберег чистый разум. Тогда я понял, как ошибался Соловьев, говоря, что «Человек – существо социальное». Нет! Люди похожи на ворон. Они живут стаями, и общими усилиями создают благоприятные условия для существования. Но изредка в стае рождается альбинос. Белый ворон, который стопроцентно сходен по анатомии со своими собратьями; отличается он лишь в одном: у него напрочь отсутствует пигмент меланина. Увы, эта мелочь в итоге играет решающую роль – стая не принимает к себе альбиноса, и тот проживает свою жизнь в гордом одиночестве. Довольно короткую жизнь, как показывает практика.
- Но ведь мы с вами точно такие же, как и остальные! Почему нас изгнали из «стаи»?! – Не выдержал я и почувствовал, как по щеке скатывается слеза.
- А-а-а… - Понимающе протянул Платон Григорьевич. – Вы видно тоже…Что ж, Дмитрий, я отвечу и на этот ваш вопрос. – Он отставил пустую чашку и принялся попивать третью, закуривая при этом вторую сигарету. – Среди людей тоже встречаются альбиносы. Но они отличаются от остальных не внешними признаками; отсутствие пигмента меланина делает былыми не нас самих, а наше серое вещество.
- Мозг? – Стараясь отдышаться, спросил я.
- Именно! Мы отличаемся от других людей разумом, мыслью. Но люди в этом плане очень чуткие и это невидимое различие замечают.
- Но как же нам, альбиносам, существовать в этом мире, которым правят черные вороны? – Тщетно пытаясь избавиться от тремора рук, спросил я.
- Это решила за нас природа. – Он быстро допил третью чашку и взялся за четвертую. – Нам остается только следовать примеру белых воронов – замкнуться и жить в одиночестве.
- Но ведь это невыносимо… - Отчаянно прохрипел я.
- Лишь поначалу. Со временем вы увидите в этом плюсы.
- Но какие здесь могут быть преимущества?
- Например, свобода. – Лаконично объяснил он.
- Свобода?
- Да, Дмитрий, свобода. – Мечтательно глядя через мое плечо, кивнул он. – Мы не нужны обществу, но и оно нам ни к чему. В таком положении мы не обязаны бояться реакции окружения по поводу чего-либо; не обязаны также объясняться с кем-то. А это, Дмитрий, и есть подлинная свобода.
- Грош цена такой свободе! – Гневно выплюнул я.
Платон Григорьевич рассмеялся:
- Нет. Вы ошибаетесь. Ошибаетесь, потому что еще не успели вкусить этой свободы, вдохнуть ее своими легкими. А знаете, что во всем этом самое приятное?
- Что? – Безразлично спросил я.
- Осознавать, что такая свобода больше никому не доступна. Она только ваша. И моя. И еще единиц таких же, как мы с вами.
- Не хочу оскорбить вашу теорию, но почему-то меня это не радует.
- А вы подождите. Со временем это придет. Как я уже сказал, и мне поначалу было нелегко. Станет легче, когда дорога станет вашим домом, а одиночество – вашим другом. – Он допил четвертый кофе и потушил дотлевшую до фильтра сигарету. – Однако я заболтался с вами. Скоро кафе наполнит собой…общество. – Он встал со стула и снял с вешалки свои пальто и шляпу. – Пора мне искать другое пристанище.
- Уже уходите? Но вы ведь не выпили пятую чашку кофе.
- Свою порцию я выпил. А пятый эспрессо для вас.
Я удивленно взглянул на него:
- Но я не пью кофе.
- А вы попробуйте – понравится.
- Отчего вы так уверены в этом?
- Потому, что кофе – напиток свободных людей. – Ответил он, и только тогда я заметил, что его грустный полумесяц расплылся в счастливой улыбке. Не радостной или довольной, а именно счастливой!
В ответ я дружелюбно улыбнулся:
- Тогда до завтра, Платон Григорьевич.
- Нет, Дмитрий, не до завтра. Прощайте! Сюда я больше не приду.
- Но почему? – Удивился я.
- Потому что я нашел здесь то, что искал. – Он надел плащ, шляпу, но потом вдруг снова снял ее и, чуть наклонившись, повторил:
- Прощайте, Дмитрий!

III

С той встречи прошло много лет. Сейчас, даже как-то смешно вспоминать о тех глупостях, что я тогда наговорил Платону Григорьевичу. Он во всем оказался прав: и по поводу альбинизма, и по поводу естественного отбора; про теорию Ламарка и про инстинкты людей. Но больше всего он был прав, сказав, что мне станет легче, когда дорога станет моим домом, а одиночество – другом.
Теперь я с улыбкой вспоминаю тот разговор, сидя в одном из кафе Санкт-Петербурга. Я – тот, кому не место среди общества. Обществу же, соответственно, не место рядом с такими как я. Осознавая это, я невольно радуюсь. Радуюсь тому, что я родился без пигмента меланина, тому, что я альбинос. Эта патология сделала меня изгоем, но вместе с тем и свободным человеком. Одним из единиц!
Так мало нужно человеку для счастья: одиночество, столик на одного, четыре эспрессо и пепельница, толстый блокнот и авторучка. Я сижу в темном углу и, скрючившись над блокнотом, пишу. Пишу в прозе про того безызвестного поэта, что изменил мою жизнь. Платон Григорьевич, наверное, расхохотался бы, застав меня в таком вот виде.
Я оторвался от письма, глотнул кофе и, закурив, мечтательно уставился в потолок. Вдруг меня посетила мысль, от которой я едва не рассмеялся: «Человек – существо социальное» - вспомнилась мне фраза философа. Да, этот философ, увы, не повстречал в свое время Платона Григорьевича. Ведь люди – вороны. А я? Я – всего лишь белый ворон, которому не дозволено жить в стае. Впрочем, не беспокойтесь, я вам не помешаю. Мне нужны-то только сигареты, кофе, пепельница и столик на одного…

Конкурс эротических сказок 18+

Nix — Mon, 17 Nov 2014 11:43:04 GMT

Конкурс эротических сказок

(идея предложена Nix)

Тема: Горячие сказки на ночь

В задачу участников этого конкурса входит написание сказки с эротическим уклоном. При этом можно взять как уже готовую сказку и переделать ее на новый эротический лад, так и предложить нечто новое, но обязательно сказочное и эротическое. Ограничивать фантазию участников не будем. Чтобы читать конкурсные работы было интереснее, я предлагаю не дублировать одни и те же сказки. Если вы твердо намерены участвовать и застолбили себе какую-то сказку, сообщите об этом мне в ЛС. Я объявлю в условиях конкурса, что эта сказка зарезервирована и ее брать нельзя другим участникам. Это вы можете делать и после написания. Но тогда есть большой риск, что кто-то вас опередит, и я уже не смогу принять эту сказку.

Для тех, кто любит конкретику, объявлю примеры возможных сказочных сюжетов, которые можно взять. Сказки можно брать разных народов мира, народные или литературные. На ваше усмотрение. Например: «Белоснежка», «Золушка», «Красная Шапочка», «Сказка о золотой рыбке», «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях» (пусть тут и сюжет смахивает на «Белоснежку», но все-таки сказка немного другая и на русском фольклоре основана), «Маленький Мук», «Оле-Лукойе», «Стойкий оловянный солдатик», «Дюймовочка» и т.д. В общем, вариантов масса.

Количество работ от одного участника – не больше двух.

Объем: не более 1 а.л. (40 000) знаков с пробелами. Проверяется в Ворде: Сервис – Статистика). Если чуть больше, ничего страшного, но главное, чтобы не перешло в размер повести. Полторы алки уже перебор будет.

Обязательное условие: наличие эротических сцен (можно достаточно откровенных, но не переходите все-таки грань. К примеру, детскую порнографию не стоит присылать. Это уже слишком будет. Все остальное: оргии, нетрадиционная любовь и прочее – допускается. Только постарайтесь все же не забывать, что это художественный текст, а не перечисление механики и физиологических деталей).

Срок сдачи работ – три недели до 07.12.2014 (включительно).

Всех, кого заинтересует участие в конкурсе, просьба до указанной даты сбросить произведения на электронный адрес координатора конкурса – mar22@ukr.net . Напоминаю, что это должны быть произведения новые, не светившиеся раньше ни на нашем, ни на других сайтах. И на протяжении конкурса они не должны быть нигде опубликованы. В теме письма, отправленного координатору, указывайте ваш никнейм на сайте и пометку «Конкурс эротических сказок». Столбим выбранную сказку мне в ЛС. Можно заранее, еще до ее написания. Но если застолбили заранее, то по меньшей мере за три дня до окончания конкурса вы должны будете мне ее выслать, иначе я объявлю сказку свободной для других участников.

За призовые места будут присуждены такие награды:

За 1 место – 150 баллов в репутацию, медаль, место на Доске почета, звание Мастера Прозы, место на главной странице в качестве «Гордости сайта», а также денежный приз в размере 200 рублей на яндекс-кошелек. У кого нет, можно без труда открыть. Нужно лишь завести себе почтовый ящик на яндексе и активировать вкладку Деньги.

За 2 место – 100 баллов в репутацию и медаль.

За 3 место – 70 баллов в репутацию и медаль.

Остальные участники получают за каждое произведение по +30 баллов в репутацию.

Итак, удачи Вам и творческого вдохновения!

Конкурс находится по ссылке http://pisatelforum.ucoz.ru/forum/20-3717-148684-16-1416224253

Я все еще жива

D4575 — Sat, 08 Nov 2014 17:20:02 GMT

И там, в пучине волн жестоких кружится желтый лист.
Он борется за жизнь, всегда есть шанс найти свой берег тихий.
Моя последняя надежда, как капля чувств в глубокой тьме.
Ведь если чувства есть, то я еще жива?

Зима.
Я вчера умерла.
Снег холодным покрывалом укутал землю. Он скрыл все то, что еще недавно было так ясно и конкретно.
Теперь это уже не имело никакого значения.
Как-то сразу угрожающе почернела река. Ну, вот и закончилась белая полоса моей жизни.
Безликие волны поглощали все на своем пути:
маленькие снежинки, искавшие покоя,
доверчивые листочки, которые одиноко ютились на печальных ветвях,
и край белого покрывала, что скромно свисал с песчаного берега.
Все, абсолютно все.
Смутные чувства терзали и разъедали меня.
Резкий северный ветер помогал им, с присущим только ему рвением. Каждый порыв - это еще одна волна, еще одна победа безжалостной стихии.
Жестокие слова изранили мою душу в кровь и глухим эхом продолжают звучать во мне до сих пор.
Шумным танцем на снегу заявила о себе ледяная крупа и тысячей мелких осколков надежды падала на землю. Она впивалась в мое лицо и путалась в волосах. Постепенно из чужой, я превращалась в свою. Я становилась такой же белой и незаметной на фоне безжизненной пустоты и смертельного равнодушия.

Одинокое дерево стояло неподалеку. Нет, я не сторонилась людей. Еще много лет назад, когда только закладывали здесь сад, эту молодую поросль откинули, как безнадегу, но она прижилась и превратилась в прекрасную яблоню. Я была не такая, как все. Не росла в ряду и не знала, что такое рамки. С открытою душой встречала каждый день. Радовалась солнышку и тянулась вверх. Наивная? Быть может, но это же так приятно дарить себя людям...

Молодая крона гнулась под тяжестью снега.
Вчера… Так тяжело пережить вчера…
Еле слышным скрипом она молила о пощаде. С каждым выдохом слой льда становился все плотнее, и все труднее было сделать вдох.
Силы покидали меня.
Под порывом ветра закрывались уставшие веки.
Ровным, как говор волн, становилось дыхание.
Мерное шуршание крупы убаюкивало тревогу.
Я снова дома. Я снова маленькая девочка. Я снова любима.
Ноги невольно подгибались. Ветер ласково перебирал мои локоны, как когда-то делала мама. Нежная музыка покоя сладко манила меня.
Покой…
Сон…
Счастье…

А помнишь, как все начиналось?
Весна.
Ты появился, словно первый теплый день. Сад просыпался после долгого зимнего сна. Мелкие веснушки засияли на моих щеках. Тонкие ветви тянулись к солнцу. Веселые птицы радостно щебетали. Мы гуляли с тобой часами под цветущими кронами. Легкий ветерок срывал белые лепестки и кружил их, кружил, кружил!!! Мы танцевали вальс! Мы парили в небесах! Твои слова были подобны журчанию весеннего ручья. Я не могла напиться.
Жизнь наполнялась красками.
Прозрачное небо!
Ясное солнце!
Нежная трава!
Воздух насквозь был пропитан тонким ароматом цветущего сада.
Я пьянела от счастья.
И даже та, что стояла в сторонке, поддалась всеобщей радости и расцвела. Это было так нежно и трепетно. Вся белоснежная, как невеста. Волнительная дрожь. Замирание сердца. Первая любовь.
(Доверчивая. Она и не знала, что ее ждет.)

Шло время.
Следом за наивной весной пришло жаркое лето. Мы наслаждались жизнью. Ютились в маленькой комнатушке. Строили планы. Весь мир был нашим домом. Мы любили друг друга. Яблоня лелеяла свои первые плоды, подставляла их ясному солнышку для румянца на щечках, поила радужными капельками летнего дождя для сладкого вкуса. Я ловила твои поцелуи и радовалась им, как дитя. Я была счастлива. Мои чувства крепли. Ты был для меня всем! Ты был моей жизнью!!!

Был…
Вот и наступила осень…
Серые дни. Долгие ночи. Противные дожди. А к утру опухшие глаза и потухший взгляд. Солнце появлялось все реже. Каждый солнечный день, как глоток счастья. Я держалась за тебя, но твои ласки были все холоднее. Ты стал пропадать вечерами. Первые заморозки. Такое странное чувство. Я скучала по тебе. Острые углы чувств скрывались печалью или привычкой, привычкой ждать. Легкий иней изящно украшал тонкие ветви. Я научилась искусству ожидания и тихо этому радовалась. Подлый ветер обрывал желтые листья надежды. Я не слушала жалкие сплетни. Я боролась за нас. Я хотела сохранить наше счастье. Я… Я… Я…
(Как же сильно я в тебе ошибалась…)

А что же ты? Чего хотел ты?
Это был неравный бой. Северный ветер и юная красавица. Она боролась. Она изо всех сил боролась, но остался лишь один лист. Последний листик надежды… А что потом? Можно ли жить без надежды? Можно ли жить без чувств? И жизнь ли это?

Я вчера умерла, но я хотела жить.
Жить!!!
Слышите вы?
Я все еще жива-а-а…

- Жива, - ответила мне мама, ласково перебирая мои волосы. – Жива, конечно. Да, ты не стой. Ты ложись. Ложись, а я буду тебя убаюкивать. Ты дома…
Под тяжестью снега и льда молодая крона опускалась все ниже. Как приятно пахнет морозной свежестью мамина постель. Тихая колыбельная. Ласковые прикосновения маминой руки.
Вот оно счастье. Счастье в покое. Я обрела его сейчас. Я так долго его искала. Дыхание становится все тише и реже. Мне уже совсем не холодно. Мне спокойно и хорошо. Ветер играет с ледяными крупинками, как когда-то с лепестками в весеннем саду. Он их кружит, кружит, кружит… Я счастлива…

Следующей весной под теплыми лучами ласкового солнца вновь запели птицы. Так же, как и каждый год, волшебным цветом украсились яблони. Легкий ветерок обрывал и кружил в танце нежные лепестки. Аромат новой радости разливался вокруг. Жизнь бурлила, кипела и била ключом.
Все были счастливы!..

Лишь тень той, что была не такая, как все, легким эхом струилась в стороне…

Конкурс фотографий и историй "Мое домашнее чудо"

ЮДА — Tue, 28 Oct 2014 15:25:34 GMT

Объявляется конкурс фотографий и историй.

У каждого есть любимый домашний питомец, который попадает в объектив камеры и оказывается иногда в центре событий.
Вам нужно будет прислать фото питомца и написать про него небольшую, интересную историю. В рамки не ставлю, сами понимаете эпопею - не надо.
Короткий рассказ и фото присылайте мне: julija-didenko@rambler.ru
Работы жду до 2.11.2014 г. включительно.

ПРОИЗВЕДЕНИЕ ДНЯ (ПРОЗА) (25. 10. 2014 - 28.10.2014.)

D4575 — Fri, 24 Oct 2014 19:35:52 GMT

Глава 1 «Палки и камни »

"Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но в Четвёртой будут использоваться палки и камни."
Альберт Эйнштейн.

Рождение шестипалой хвостатой девочки предзнаменовало долгожданное окончание эпохи тирании Утилизаторов. Жрец с ликом исполненным печали и скорби взглянул на орущего детёныша и занёс соответствующие пометки в свою тетрадь. Затем привычным движение руки извлек из-за кушака карманные серебряные часы и в который раз посмотрел на узорную крышку. На ней была изображена Фемида, под которой имелась гравировка на латыни "За все надо платить"…

Из пункта «А» в пункт «Б» следовал грузовик. Грузовиком его можно было назвать лишь по той причине, что он перевозил груз, а именно отсортированный мусор для последующей переработки в ценный энергоёмкий продукт. По всем параметрам это был скорее поезд на гусеничном ходу. Гидравлическая подвеска сжирала различные неровности рельефа, оставляя за собой крошеный щебень и облака пыли. Окружающий мир здорово изменился после того как предыдущий биологический вид покинул данную среду обитания, оставив после себя бесчисленные поля мусора. Мусор был и ресурсом, и едой, и домом.

В средние века английские философы считали, что крысы могут самозарождаться из кучи грязных тряпок. В данной конкретной реальности поверить в это стало не так уж и трудно.
С обочины на грузовик бросился человек подвергшийся окрысеванию. Не то чтобы это была его добрая воля. Когда-то он был никчемным помойником, а теперь мутировав поднялся по службе аж до дегустатора. Он вылетел на дорогу перед поездом и заверещал. Далее последовал глухой удар, и дегустатор отправился восвояси, но уже по воздуху и без головы.

Раньше, когда человека кусала крыса, он отделывался различными отравлениями, бешенством или, в крайнем случае, чумой. Теперь же подобный укус оборачивался иными последствиями. Крысы всегда жили по соседству. Они и прежние времена неразлучно следовали за людьми, а когда контролем их численности перестали заниматься вовсе, обнаглели и сформировали свою экосистему.
Казалось, никто даже не заметил эту случайную бессмысленную жертву, но впечатление бывает обманчиво. Спустя минуту другую появился ещё одни окрысевший, но в отличие от своего собрата он имел более цивилизованный вид. Во-первых, потому что был одет в брезентовый мешок с отверстиями для рук и головы и даже имел шерстяную черную шапку с прорезями для ушей. Во-вторых, потому, что тащил на спине средних размеров рюкзак. И в-третьих, он насвистывал немецкий марш и шёл, опираясь на посох. Он называл себя Айвин. По роду занятий он был мародером-одиночкой и очень этим гордился. Подойдя к обезглавленному грызуну, он достал крупный обоюдоострый нож, и методично не торопясь, стал его разделывать. Завернув в целлофан пару фунтов свежего мяса, он поместил свертки в мешок. На теле он обнаружил треугольное клеймо утилизаторов.
Айвин снял с его шей металлическую цепь толщиной в большой палец и одел себе, так как мертвецу цепь была уже без надобности. Также у покойника имелись некоторые накопления в виде прессованных алюминиевых банок и мыла. Средства, которые можно было использовать для обороны или разрушение пользовались особой популярностью. Их с радостью выменивали на еду, сигареты и различные психоактивные вещества различных типов и свойств.
Окружающий пейзаж являл собой жалкое зрелище, а именно мусорные поля и холмы высотой от одного до двадцати метров и вырытые в них жилища, прикрытые чем попало. Даже колонии лесных муравьёв проявляли более систематический подход к формированию цивилизации. Так жили бедняки, не имеющие возможности и права перебраться поближе к перерабатывающим комплексам и теплотрассам. Небо было выстлано облаками похожими на серо-розовую сладкую вату. Айвин преследовал каждого одиночно бродячего монстра, коих водилось превеликое множество. У всех имелись хоть какие-то пожитки. Однажды, он нашёл на одном из убитых амулет, выполненный в виде пятиконечной звезды с замысловатой гравировкой и двумя символами. Этакими стрелочками вправо и влево. Когда он нажал на одну из кнопок, амулет засветился зелёным неоновым светом всё сильнее и сильнее, пока, наконец, не вспыхнул как сверхновая и не ослепил Айвина … .

Лицо жреца скрывал глубокий капюшон.
- Вы должны найти и убить всех истинно рожденных,- жрец говорил дребезжащим голосом, периодически переходя на крик.- Власть не должна выскользнуть из моих рук! Вы меня поняли? – в темноте капюшона загорелась пара зелёных глаз.
Трое крыс-монахов неуверенно шаркали когтями по мраморной плитке зала и старались не смотреть на безликого тирана.
Один из крыс решил поддержать разговор.
- А как интересно мы их найдём о, великий жрец?- у вожака концентрировалась вся инициатива и сила в виде глубокого спокойного баса.
- Меня это не волнует. Просто найдите и сожгите этих жалких уродов! – его последние слова звонким скрежетом прозвучали в пространстве и многократно отразились от сводов и арок храма великого утилизатора.
- Да будет ваша воля, о великий,- громко отрапортовал вожак.
Отвесив поклон инквизитору, он поправил клинок на поясе и уверенно вышел в храмовые ворота . Его слуги быстро потрусили вслед за ним.
- Моё почтение, о великий. Ла-ла-ла. Та-та-та. И если вам будет угодно, то я засуну свою тупую башку прямо в пасть помойному коту,- они злобно ржали, сотрясаясь всем телом от носа до кончика хвоста.
Вожак не говоря ни слова повернул морду с глазами налитыми кровью и сильным ударом выбил дух у одного из них.
- Да ладно тебе, Скиф. Мы просто прикалываемся, - стал, оправдывается монах с наполовину обожжённой мордой.
- Хорошая шутка получилась. Смешная!- Подытожил его коллега с выбитым духом и несчастным видом…

Телепорт открывался ярко и бесшумно. Амулет возврата, как называл его сам Айвин, срабатывал всего спустя полминуты и переносил владельца в один и тот же свободный бункер с достаточным количеством воды и серо-зелёной безвкусной, но чрезвычайно питательной субстанции, которую с большой натяжкой можно было назвать едой. Ещё секунду назад Айвин стоял в мусорной пустоши продуваемый всеми ветрами. А теперь окружен белыми стенами в камере для дезинфекции. После пронзительного шума камеру заполнил плотный туман, отключающий вкусовые и обонятельные рецепторы. Очень удобно учитывая головокружительные ароматы на поверхности. Дом, милый дом! Но это сейчас, а ещё пару месяцев тому назад…

Айвин несколько раз сморгнул, перед тем как понять где оказался. Стоя голыми лапами на холодном бетонном полу, он испуганно озирался по сторонам, выставив перед собой посох. Если бы ему было знакомо словосочетание "космический корабль", он бы смог с уверенностью описать окружающую обстановку именно как космический корабль, утонувший глубоко в грунте.
Первое, что он смог произнести вслух, отдалённо напоминало «Ни чего себе!»
Классическая газовая камера времён Второй Мировой войны. Абсолютно пустая и чиста. Если кого-то здесь и убивали, то убрали все следы основательно.
Внезапно включилась сирена. Из настенных динамиков с обеих сторон загудел циклический, ритмичный, тревожный сигнал, резонирующий с барабанными перепонками. Айвин прижался к полу и закрыл лапами уши. Его колотила крупная дрожь, как на морозе. Камера постепенно наполнялась густым молочно-белым дымом. Ну чтож, не самый плохой конец истории. Оставалось немного времени, чтобы вспомнить всю предыдущую жизнь. А потом вдруг дым рассеялся, сирена смолкла, боковая стенка с лёгким шелестом съехала вниз.

Жилище представляло собой железобетонный бункер, закопанный на большой глубине, так что с поверхности не доносилось ни звука. При появлении Айвина на полках вдоль стен разгорелись разноцветные огни. Сотни заключенных в банки хемилюминисцирующих светлячков страшно тревожились, чувствуя его запах и раскрашивали аскетичный интерьер в голубые и оранжевые тона. Войдя в прихожую, он обнаружил длинный коридор с множеством ответвлений. Он прислушался. Тихо как в склепе. Потом осмелев, ударил посохом об пол и яростно заверещал. Издаваемый им шум разлетался по коридору и комнатам, постепенно затихая. Давненько ему не было так страшно и одиноко. Слегка успокоившись, Айвин продолжил исследовать странное жилище.
Каждый отсек был идентичен предыдущему по размеру и цвету. Отличие состояло лишь в наполнении комнат различными квадратными и прямоугольными объектами. При особом желании и наличие серьёзной физической подготовки, можно было собрать все кубики, поставит их друг на друга и полностью освободить все отсеки, заполнив лишь один. Где-то стояли кровати, где-то пустые шкафы и духовки. Но больше всего внимание Айвина привлёк отсек с несколькими громоздкими ящиками. Присмотревшись внимательней можно было обнаружить на стенке ящика вдавленную ручку. Прислонив посох к стене Айвин ухватился за ручку обеими руками и потянул. Дверца поддалась. Внутри оказалось пусто. На стене рядом с громоздкой металлической коробкой в два метра высотой и метр шириной была изображена схематическая картинка, на которой человечек бросает в ящик коробку , нажимает на кнопку и далее достает из ящика прямоугольный ровный брикет и радуется. Возле второго ящика тоже имелась схема, напоминающая турнирную таблицу футбольного матча. Разноцветные прямоугольники переплетались в витиеватую паутину к центру и расходились ровными линиями к противоположной стороне листа. Получалось приблизительно следующее. Ты закладывал мусор в первый ящик. Вытаскивал из него готовый брикетик. Затем забрасывал брикеты во второй ящик и вынимал оттуда готовую продукцию. Гениально и просто. Можно было без посторонней помощи изготовить себе доспехи и оружие. Колюще-режущее и так же стреляющее. Первым делом Айвин решил насобирать мусора на ружьё с большим стволом. Судя по таблице, ему нужно было принести два фунта жести и фунт пластика, для изготовления винтовки, при помощи которого можно будет пробовать нападать на сторожевые отряды.
Развязав мешок, он достал куски мяса и положил их духовку. Спустя полчаса Айвин уселся в удобном кресле и принялся трапезничать крысиным бифштексом.
Нужно было торопиться. Для поддержания системы жизнеобеспечения убежища требовалось двенадцать камней тетраферила в год. Самым простым способом добычи тетраферила являлась кража с перерабатывающих комплексов. Но для этого нужно было преодолеть несколько кордонов с крысами-бойцами вооруженными различными колющими и режущими средствами. Сам Айвин полагал, что жизнь его не стоит и пятой части одного розового камушка величиной со спичечный коробок….

- И большая награда назначена за голову каждого истинно рожденного? – поинтересовался Толстый крысюк с уморительным чувством юмора.
- По шесть тетраферилов за каждого,- сухо отозвался Скиф.
- Шесть за каждого?!- глаза крысюка заблестели огоньками старателя времён золотой лихорадки, увидевшего самородок размером с кулак.
- В пророчестве сказано о трех истинно рожденных. Стало быть, в розыгрыше участвует восемнадцать камней. Один детёныш в храме, минус налоги, и того, - крысюк стал подсчитывать приблизительную награду.- Итого по три камня на лицо! – торжественно изрек Толстый и присвистнул.
«А как обтяпаем дельце, я убью вас обоих, и мне достанется вся добыча».
Скиф улыбнулся своему гениальному плану.
- Заживём как императоры,- продолжал мечтать Толстый.
- Эй, тише там. Или хочешь, чтоб количество соискателей возросло? – Скиф испытывающее посмотрел на толстого крысюка. Тот обмяк под его злобным взглядом. – Вот то-то же. Обратимся к помощи нюхачей. У меня кажется, созрел план…

Амулет возврата можно было настраивать. Сбоку имелась нумерация, состоящая из римских цифр и колесико вроде регулятора громкости на плеере. Выставив нужную цифру в небольшом прямоугольном окошке, и нажав на стрелку влево, Айвин оказывался в одинаковых с виду подземных бункерах в различных местах бескрайних мусорных полей. Идеально выполненная бетонная коробка с четырёх метровыми гранями и аркой ведущей на лестницу с приличным уклоном длинной метров пять и массивная плита, герметично закрывающая земную утробу.
Изобретатель данного способа перемещения, казалось, предугадал все варианты выживания в одиночку. Опасность попадание в засаду практически исключалась. Данные гробы открывались изнутри при помощи гидравлического механизма, приводимого в действие настенным вентилем, как на подводных лодках. Освещение обеспечивали те же банки со светлячками, что и в бункере. Они располагались у стены противоположной выходу. При появлении гостя они светились синим светом, а когда тот уходил, впадали в анабиоз. Интересно чем они питались? И питались ли вообще.
Подкрепившись и отдохнув, можно было вновь отправляться на охоту за ресурсами. В прошлый раз Айвину здорово повезло. Фактически, ему даже не пришлось драться из-за добычи. Район под первым номером назывался просто и лаконично «Святая пустошь». Кто и когда нарекал данную территорию, оставалось загадкой, но автор явно был остроумным человеком или кем бы он там был.
Айвин десяток раз повернул кран. Плита сдвинулась на полметра, и в гробницу ворвался едкий смрад мусорных полей переходящих в мусорные же холмы и горы. Айвин достал прототип подзорной трубы и стал искать цели для последующего преследования. Стаи мошкары перелетали от одного органического холма к другому. Вороны шумно копошились возле убитого охранника каравана. Здоровяку не повезло, его заживо поджарили мародеры из клана с поэтичным названием «Факелоносцы». Бойцы клана верили, что придет день и всех неверных с лица мусорных полей сметёт взрывная волна от метеорита. Куда при этом денутся сами факелоносцы верхушка клана от простых бойцов утаила….

- Что можешь сказать об этом, Эрин?- Скиф протянул нюхачу обрывок пеленки новорожденной шестипалой.
Нюхач бережно принял кусок ткани и стал осторожно принюхиваться. На исследование ушло какое-то время, после чего он торжественно заключил.- Это лён!
- Ребят, да он просто гений!- восхищенно произнёс Толстый крысюк. – Этому наверно учат долгие годы. По запаху лён определить, ну надо же!
- Скиф, прикажи толстяку заткнуться или мы распрощаемся. Как можно работать в такой обстановке? Думаешь это легко? Иди тогда и ищи шестипалых сам, урод,- обиделся нюхач и для пущей важности зловеще прищурился на толстяка.
- Толстяк, пошёл вон отсюда!- огрызнулся Скиф через плечо, даже не удостоил слугу пренебрежительного взгляда.
Толстяк молча вышел.
- Мы имеем льняную полоску с характерным запахом мускуса. Детёнышу три недели от роду. Девочка. На лицо двойная амбер-мутация. Крайне редкий вид. Лён изготовлен на ткацкой фабрике при очистных сооружениях. Использован дешёвый синтетический отбеливатель. Приблизительный возраст ткани полгода.
Скиф доброжелательно закряхтел. Такого ответа он, честно говоря, не ожидал.
- Пойдёшь с нами. Два месячных оклада в зубы при успешном исходе операции. В случае неповиновения - долгий разговор с инквизитором и утилизация. Уловил ход мыслей?- Скиф уставился на нюхача налитыми кровью глазками.
- У меня жена и дети,- стал жаловаться Эрин.
- И им всё ещё требуется живой отец. Или я не прав а, старина Эрин?
- Я всего лишь лабораторная крыса, какой от меня толк в боевом походе?
- Ты будешь нашим поводырём на этой поистине тёмной земле,- Скиф любил высокопарный слог, но ситуации для проявления красноречия как-то не представлялось. - А потом, кто знает, замолвлю за тебя словечко, и вместе съедим твоего начальника. Что скажешь?- Скиф положил тяжёлую когтистую лапу ему на плечо.
Эрин безвольно закивал.
- Вот и прекрасно. Выдвигаемся на рассвете навстречу светлому будущему. Поутру воздух чище…

Святая пустошь с радостью приняла новобранца в свою скромную обитель. Мертвец медленно погружался в органическую среду. Голодные сапрофиты активно заметали следы убийства. Светлое будущее настигло охранника несколько часов назад. Безжизненное тело до сих пор источало запах жжёной шерсти и пластмассы. Здоровяка уже успели обчистить. Из экипировки у него оставались лишь защитные пластины на руках и ногах. Айвин был падок до всяческой атрибутики и, отсоединив наручи и поножи охранника, надел их себе. Глядя на Айвина, римские легионеры, наверняка удавились бы от зависти. Для полноты образа, герою не хватало лишь алого развевающегося стяга с золотым орлом империи.
- Не повезло тебе друган, - начал Айвин разговор с мертвецом в отсутствии иных собеседников. Визуальный контакт было трудно поддержать, так как застывшие глаза охранника с немым укором смотрели в розовое небо. – Плохую ты себе работёнку подобрал, скука смертная. Случайно не знаешь где бы мне отыскать фунт жести? – риторические вопросы сорвался с языка, и унёсся с ветром прочь. – Ну, нет, так нет, – подытожил Айвин. Он подошёл к охраннику и по какой-то неведомой причине, закрыл несчастному глаза. «Я всё сделал правильно…» - подумал мародер и направился на поиски злосчастных жестянок… .

Вволю назевавшись, Скиф вылез из норы и подставил морду лучам восходящего солнца, которые с трудом прорывались сквозь розовую вату облаков. Вот уж действительно, жизнь в розовом цвете. Он не пропускал возможности погреться на солнышке. Эту свою маленькую слабость, он относил к сентиментальным порывам и как ни старался, не мог её изжить. В остальном он был силён, умён, и удачлив.
По роду службы Скиф был Преследователем. В обязанности преследователя входили различные сыскные работы и умерщвление неверных. Фактически, он был наёмным убийцей, которому было дозволено делать свою работу дорого, легально и без зазрений совести.
Прекратив приём солнечных ванн, Скиф вернулся в свою нору для более тщательной подготовки к походу. Рабочая форма состояла из кожаного нагрудника, поножей с пластиковыми вставками и металлических боевых наручей с шипами.
Обстоятельно проверив обмундирование, Скиф достал с полки точильный камень и стал шлифовать и без того острые грани своего трехзубого стилета сая.
В дверь постучали. Кто-то от души колотил по ней кулаком перепутав её с барабаном.
- Скиф, все готово. Можем выдвигаться!- раздался из-за двери голос толстяка.
- Точно всё готово?- прокричал Скиф двери. – Нюхач с вами?
- Ээээ, пока нет,- послышалось с улицы.
- Святая Крыселла, так какого же черта ты говоришь мне о готовности никчёмный ты грызун,- заверещал Скиф и метнул стилет в дверь, аккурат в то место, где предположительно должна была располагаться голова толстяка.
Из-за двери послышался сдавленный вопль и топот убегающего гостя.
Преследователь любил держать бойцов отряда в тонусе. С дисциплиной он кое-как справился, а вот над словоблудием толстяка ещё следовало поработать…

Что ни говори, а своеобразная романтика в деятельности мародёра была всегда. Когда Айвин ещё был подростком, он вместе с выводком соседских крысят любил ошиваться возле свалок автомобилей. Они находили выхлопные трубы от мотоциклов, и использую проволоку и гнутые трубки получали супер-мега-нейтронные винтовки для борьбы инопланетянами. Играли в игры, имитирующие победоносные сражения с иноземными захватчиками, похожими на насекомых питающихся крысиным страхом. Играли дни напролёт, пока однажды по указу Великого жреца весь метал, не был убран с полей. А потом родители Айвина ему рассказали, что подобных инопланетян на самом деле нет. И всё это выдумки. И что эти сказки придумали высшие сословия, чтобы бедняки не устроили бунт из-за катастрофического дефицита еды.
Родители умерли в один день. Их съел помойный кот. Айвина успели вымазать соляркой и затолкать в узкое ответвление норы. К утру у подростка осталось не так много: отцовский обоюдоострый нож, блок сигарет и воспоминания.
Помойные коты были не единственными хищниками, обитающими в полях. Ещё имелись муравьи, бабочки, тараканы, свиньи и другие мутировавшие виды и роды. В основном хищники охотились по ночам. Ночная бабочка, к примеру, могла парализовать тебя своей пудрой и высосать треть мозговых клеток миленьким хитиновым хоботком. В темноте они налетали стаей по десять - пятнадцать особей и не оставляли шансов большинству теплокровных. Свиньи были страшнее всего, так как ели помногу и предпочитали именно мясо.
Знания обо всём этом самым очевидным образом указывали на несколько вещей. Не стоило дожидаться темноты, не имея надёжного укрытия. Не имело смысла ходить по полям без оружия ни днём, ни ночью. Настоящим сумасшествием считалось путешествие в одиночку.
В обиходе прекрасно прижился пластик. Бедняки обтягивали им каркасы наземных жилищ и также утепляли внутренние помещения. Один из таких домиков как раз находился в зоне видимости, то есть, приблизительно в двух милях. Вероятность найти там метал, была такой же, как например, отыскать помойного кота вегетарианца. Тем не менее, проверить стоило...

- Ну что, брат Эрин, готов к походу? - спросил Скиф, скептически рассматривая походные принадлежности нюхача.
- Это плохая идея. Я никогда не работал в полях, - жаловался нюхач, периодически чихая и сморкаясь в грязную ветошь.
- У тебя, что ещё и аллергия? - стал интересоваться здоровьем нюхача толстяк. - Скиф, а зачем он притащил сюда все свои пожитки.
Скиф недоумённо пожал плечами.
Эрина готовила в поход его любящая женушка, поэтому собрала своему ненаглядному всё необходимое. Набор включал в себя: котелок, моток верёвки, огромный ручной прожектор, зонтик и чемодан на колёсиках. В чемодане располагался склад с продуктами на неделю.
- Ты же не собираешься тащить всё это с собой, а бойскаут, - раздражённо забубнил толстяк, обращаясь к Эрину.
- Господа, давайте поступил следующим образом, - начал свою воодушевляющую речь Преследователь. - Толстяк, молча возьмёт вещи нюхача. Нюхач, возьмёт след. И мы дружной компанией отправимся на встречу приключениям, под аккомпанемент баек и весёлых шуток нашего Флеша.
Скиф напряжённым взглядом пробежался по лицам искателей приключений. Те, в свою очередь, боязливо попрятали взгляды. За исключением крысюка с обожженной мордой, по кличке Флеш. Флеш не умел говорить, думать и, как следствие, - сомневаться. От его оскала разбивались зеркала, а насекомые меняли траекторию своего полёта. Он был настолько крупным в своём роде, что мог в одиночку победить помойного кота. Облачённый в серый балахон и наручи каторжника с обрывками цепей, он больше походил на гориллу, запутавшуюся в огромном мешке. Боевой посох, закреплённый в специальных ножнах, выглядывал из-за его спины, не предвещая потенциальному противнику долгой битвы.
Эрин втянул сопливым носом аромат обрывка пелёнки шестипалой, закрыл глаза и стал медленно прислушиваться к ощущениям. Происходящее напоминало магическое действо, наполненное невероятной интригой. Нюхач замер на пять долгих минут. Бойцы нервно почёсывались, отгоняя надоедливых насекомых. Наконец, Эрин вышел из нирваны и, указав своей хилой лапкой на запад уверенно произнёс: - Нам туда!
- Лучше бы ты оказался прав, док,- спокойным басом подытожил Скиф. - Лучше бы оказался прав...

Айвин не торопился. За последние несколько минут он дважды принюхивался и оглядывался по сторонам. Что-то в этой целлофановой хижине его смущало. Деревянный дуги каркаса и специфический рисунок пластиковой обшивки хижины мог рассказать о том, что хозяева были кочевниками. Временами порыв ветра раздувал крупные куски разноцветной обшивки, как парус у какой-нибудь дешевой рыбацкой шхуны.
Мародер осторожно обошёл юрту вокруг. На стенах тут и там были развешаны всякие мешочки а так же кости различных животных. В некоторых явно угадывались кости крыс, или помойных котов. Он был не силен в антропологии. По закону гостеприимства, кочевники не могли убить гостя, пока тот не переступит порог их юрты в обратном направлении. Исключением являлись лишь кочевники-каннибалы. Впрочем, выяснить это можно было, лишь войдя внутрь.

- Мир сей норе…, - начал было Айвин, входя в жилище, но осёкся. На него внимательно смотрела привлекательная юная крыса. Она сидела возле костра, завернувшись в плащ из ночной бабочки. Пламя разливалось по оптическим чешуйкам крыльев, многократными переливами алого огня на черном бархате, весьма удачно гармонируя с изумрудным цветом глаз незнакомки. На огне стояла кастрюлька с вскипающим травяным отваром.

- Доброго времени суток. Меня зовут Амира,- она протянула свою изящную ручку, чтоб поздороваться.
Айвин бережно взял её руку двумя своими и прислонился к ней носом в легком поклоне. Внимательный глаз мельком пересчитал пальцы Амиры. Кажется, их оказалось многовато. Хотя в полумраке юрты он мог ошибиться.
Она указала ему место, где он может сесть. Мародёр кивнул и присел напротив хозяйки, носом к огню, а спиной к входу.
- Хочешь чего-нибудь выпить? – любезно предложила хозяйка.
Серебристый цвет её шерсти добавлял её мордашке еле уловимое благородство.
- Великим грехом является пренебрежение законами гостеприимства.- Поддержал Айвин непринуждённую беседу.
- В самом деле? Как же это я позабыла, о великий воин в сияющих доспехах,- Амира передразнила его высокопарный слог. – Короче, бери миску, половник и наливаю себе супа из кастрюльки.
Он зачарованно слушал её нежный голос и совершенно не слышал, о чём она собственно говорит.
- А?- только и смог вымолвить он.
- Ну как знаешь,- она пожала плечами. - Зачем пришёл? Говори правду или придётся с тобой нелюбезно обойтись.
Какая напористая. В её голосе была слышна угроза, а он продолжал по-идиотски лыбился. Причиной данной беспечности являлось глубокое декольте.
- Зря ты так со мной,- печально подытожила Амира. - Стража, взять его!- прокричала хозяйка и хлопнула в ладоши.
За спиной послышался шелест брезента заменяющего дверь.
Айвин обернулся. Последнее что он увидел, перед тем как потерять сознание, была деревянная бита, стремительно летящая ему в лоб.

Автор FreeSpirit

ПРОИЗВЕДЕНИЕ ДНЯ (ПРОЗА) (19. 10. 2014 - 22.10.2014.)

D4575 — Sun, 19 Oct 2014 05:44:19 GMT

Я научился читать в пятилетнем возрасте. Ничего тут удивительного. У нас большая семья и когда младшего Ванечку учили буквам по кубикам, то мне удалось все запомнить с первого раза. Бедный братик зубрил, наверное, месяца три. Дети любят, когда их хвалят. Ванечка не исключение. Он иногда подходит к шкафу, вытаскивает первую попавшуюся книгу, открывает ее и небрежно переворачивает страницы. Домашние, увидев это, сразу откладывают свои дела и ждут. Ванечка напускает на себя важный вид, выбирает стихотворение и декламирует несколько строчек вслух.
– Умница! Умница! – восторгаются папа с мамой и просят: – А мы еще сказочку хотим послушать.
Сказки я обожаю, и читал бы их самостоятельно, но мне не разрешают трогать книги – боятся, что я их порву. Такое недоверие очень обижает. Никто из них не знает, что я теперь грамотный. Я говорил об этом много раз, но они или не понимают, или не хотят слушать.
Ко мне относятся как к приемному ребенку. Когда-то я жил с сестрами и братьями в другой семье. Я до сих пор помню свою родную маму. Она нас любила и баловала. Я думал так будет всегда, но судьба уготовила для меня сюрприз.
В один далеко не прекрасный момент меня забрали и привезли в эту квартиру. Я плакал три дня: все здесь было чужим. Потом привык. Новые родители оказались людьми добрыми, и я быстро привязался к ним. Только вот разница между родными детьми и приемышем огромная. Наказывают, например, чаще. До сих пор содрогаюсь, вспоминая, какую получил трепку за разбитую сахарницу. За обеденный стол не приглашают. Играют со мной редко, да и то только Ваня, а его сестра Ирочка на меня внимания совсем не обращает. Из дому никуда не выпускают. Вам бы понравилось? Вот такая жизнь…
Мне досталось прекрасное имя – Шурик. Отчим мой тезка, но его редко так зовут, в основном он для всех папа, иногда – Саша. Вечно чем-то занят, мнит себя главой семьи и считает, что все должны его слушаться. Если он не в настроении, на глаза ему лучше не попадаться. Таня очень добрая, почти как родная мама. Гладит меня каждый раз, когда проходит мимо, а от ее объятий я чувствую себя на седьмом небе.
По вечерам Таня любит сидеть за компьютером. Я всегда при этом нахожусь рядом. Интересно же почитать, что она там пишет. А еще нравится мягкое пощелкивание кнопок под ее пальцами. Я тоже пробовал один раз написать, но не получилось. Коготки цепляют соседнюю кнопку, и на экране отпечатывается совершенная ерунда. Надо тренироваться, но мне не дают этого делать – боятся, что сломаю. Рядом с клавиатурой находится предмет, который домашние почему-то называют мышкой. Раньше мышка была с длинным хвостиком, но я нечаянно откусил его. За эту невинную шалость мне от Саши здорово попало. Сдохшая мышка отправилась в мусорное ведро, а ее место заняла другая и, к моему горькому сожалению, – без хвостика.
Время от времени Таня гоняется за мной с фотоаппаратом, пытаясь сделать удачный кадр. А я вредничаю: то увернусь, то морду скорчу недовольную, то вскочу и сорвусь с места, когда она уже готова нажать на кнопочку. Не хочу быть котомоделью, терпеть не могу фотографироваться, поскольку яркая вспышка ослепляет, и от нее потом сильно болят глаза. Танюша умудряется все-таки поймать момент и запечатлеть меня во всей красе. Самые лучшие снимки она выкладывает в Интернет, чтобы похвастаться – точно знаю. Я ведь очень красивый кот. Так мне говорят все, и я им верю. Как приятно, что я именно такой родился, а мог бы быть облезлым, сморщенным и без шерсти. Без единой шерстинки на теле, представляете? Я как-то видел таких котов в Интернете, Танюша показывала. Вы спросите – откуда мне известно про Интернет? Да я уже много чего знаю. Это я маленький верил, что когда Саша звонит домой по телефону, то он прячется в трубке. Я даже пытался достать его оттуда лапой. Потом я узнал, что это не так. Коты отличаются сообразительностью, прекрасной памятью и необычайной хитростью. Я сразу смекнул, что о моих познаниях домашние не должны догадываться. Вон Ванечку начали приучать мыть за собой тарелку после еды, а мне проще прикинуться, что я ничего не знаю и не умею. Не дай бог тоже заставят, а я терпеть не могу мочить лапы.
Если отбросить негативные моменты, то в целом у меня жизнь замурчательная. Таня в курсе моей молочной зависимости, поэтому чаще других угощает йогуртами, сметаной, ряженкой. Она единственная в семье, кто выучила кошачий язык и отлично понимает все мои просьбы. Таня легко различает на слух «мурр» и «урр». А других домашних едва хватило на парочку фраз – «Дайте мляяякооо, дайте мууаасооо», – но я и этому рад. Если у вас в квартирах есть мне подобные, прислушайтесь – язык у нас очень богат. И петь мы можем разные песни...
Сегодняшним вечером я по привычке разлегся на компьютерном столе. Это единственный стол в квартире, откуда меня не сгоняют. Еще разрешают запрыгивать на шкафы, но там пыльно и потому не очень-то приятно сидеть. Настольная лампа греет мне бок. Таня, открывая очередную вкладку, то задумчиво смотрит на экран, то протягивает ко мне руку и поглаживает живот. Я тихонечко благодарно мурчу и попутно украдкой просматриваю статью «Загадки Аркаима». Нахожу это неинтересным и уверенно говорю Тане: «Мур-ра!». Она соглашается со мной, закрывает страницу и включает «аську». Наверное, хочет пообщаться с сестрой Зиной. Она часто бывает у нас в гостях. Прошлым летом приглашала меня и Таню на свою загородную дачу. У Зины живет кот Барсик – лохматый откормленный бугай с огромными желто-зелеными глазами. Он сначала два дня грозился порвать меня на части, но потом мы с ним подружились и вместе охотились на мышей и ящериц. Мышей приносили домой и торжественно вручали всем, кто попадался нам навстречу. Никто не был рад таким подаркам, но нас все равно хвалили и говорили, что мы занимаемся полезным делом. Барсик слыл местным хулиганом и по ночам иногда сбегал на разборки с другими дачными котами. Я повадился бегать вместе с ним, пока в одной из драк мне не поцарапали глаз и ухо.
Таня увидела раны и сильно расстроилась. Она поинтересовалась у Зины – были ли в поселке у животных случаи бешенства. Отрицательный ответ сестры успокоил ее. Потом замазала мои ссадины какой-то зеленой вонючей гадостью. С этого дня после ужина все двери и окна запирались, чтобы я больше не отправлялся в ночные путешествия. С Зининым котом мы за месяц сроднились как два брата и прохладными вечерами спали бок о бок.

– Привет, Зинусь, – написала Таня в маленьком окошке. – Как дела?
Все ясно, опять с сестрой беседу на целый час затянут. Хотя иногда Зина рассказывает, как живет Барсик. Я узнал от нее, что Барсик страдает куриной зависимостью – ест только сырые куриные грудки. Наверное, потому он такой здоровяк. К тому же ест мясо только первой свежести, а заветренное брезгливо зарывает лапой, не попробовав. Хорошо нам живется: ешь да пей и делать ничего не надо.
– Привет, сестренка. Вчера на выставку кошек ходила, много фотографий сделала.
Таня начинает рассматривать фотки. Я открываю второй глаз и удовлетворенно сообщаю ей: «муррпс!».
– Да, красивые кошки и котики, но ты у меня лучше всех! – отвечает мне Таня.
От приятных слов я непроизвольно зажмуриваюсь, а сердце переполняется счастьем и начинает биться еще сильнее.
– На выставке купила котёночка британской породы. Давно мечтала. Я же так люблю кошек, – вскоре появилось сообщение от Зины.
Какой же Барсик везунчик, думаю я. Нам котам скучно, когда дома никого нет, а у него теперь появится друг, и они будут играть вдвоем. Пусть несмышленыш, но все равно интересно.
– Молодец! Заеду на днях, посмотрю, – отписалась Таня.
Я бы тоже посмотрел, но меня не возьмут.
– Заезжай. Тебе он обязательно понравится.
– А Барсик? Как его принял? Шипит, поди?
– А Барсика я усыпила…
«Усыпила? Это прикольно: проснется потом, а рядом этот малыш, вот потеха-то будет», – усмехнулся я про себя, громко мурлыкнул и посмотрел на Таню. Только в глазах ее почему-то появился ужас. Что-то не так? Я чего-то не понимаю?
Таня, вскочив со стула, побежала в гостиную к мужу. Забеспокоившись, я спрыгнул со стола и поспешил за ней.
– Саш, я в шоке: представляешь – Зина нового котенка завела, а Барсика усыпила в ветлечебнице. Здорового кота в полном расцвете сил взяла и умертвила! Это ужас! Не ожидала такого поступка от своей сестры.
«Ничего не понимаю, умертвила-усыпила», – растерянно подумал я. – «Значит Барсик никогда не проснется и не увидит нового друга?»
– Отвратительно, что говорить, но с другой стороны – зачем ей два кота? – ответил муж и сокрушенно покачал головой.
Во дает! Что за идиотский вопрос? А зачем вам двое детей? Родили второго, а первого ребенка почему не усыпляете? Я ужасно рассердился и нервно подергал хвостом, показывая им свое неудовольствие, но они не обратили на меня никакого внимания.
– Мне бы тогда отдала. Жили бы они у нас вдвоем с Шуриком.
И вправду… Может, еще не поздно его разбудить? С надеждой я посмотрел в глаза Тане и спросил: «Он умер?». Получилось неопределенное «мряу?». Она поняла мой возглас, взяла на руки, прижала к груди. Таня так расстроилась, что отказалась от ужина. В знак солидарности я тоже не пошел на кухню, а отправился вместе с ней в спальню.
Всю ночь я думал о своем друге. Вспоминал как он водил меня на общее собрание. Мы тогда пришли на большую поляну, освещенную полной луной, на которой находилось множество котов и кошек. Они смирно сидели, образуя круг. Никто не шипел и не ссорился. Барсик рассказал, что когда коты умирают, то улетают на луну, а такие сборища дань их памяти.
Я вздохнул и стал размышлять, как отомстить Зине за смерть Барсика. У нас котов натура такая – пока не отомстим, не успокоимся. Можем годами ждать удобного случая. На следующий день, когда все ушли, я залез на стол и включил компьютер. Труднее всего оказалось пользоваться мышкой. Потолкав ее лапами по столу, я кое-как подогнал курсор к значку со змейкой. На экране появилось окошко. Так… вот и последние строчки вчерашнего разговора.

– А Барсика я усыпила… Посуди сама – зачем мне два кота?
Гадина! Я сейчас выскажу все, что о тебе думаю. Я протянул лапу к клавиатуре и попытался написать сообщение. Но черт, это не так просто! Ловко щелкать по клавишам у меня не получалось. Сами понимаете – когти, да и надо быстро убирать лапку после нажатия, иначе вместо одной буквы на экране появится много. Но я постарался, правда не знаю – поймет она или нет.
– Вввввонючая ккккррыса убила Барсика Барсика убила ты не любишь кошек врешь ненавижу перегрызть теееееебе горло надо усыпить умертвить тебя Барсик тееееебяялюбилд ты убьила его умри дущегуб
Отправив письмо, я выключил компьютер и улегся в кресло отдыхать. Борьба с умной машиной изнурила кошачий организм. Силы оставили меня. Я шумно выдохнул, вытянул лапы, закрыл глаза и сразу погрузился в сон.
Гроза разразилась вечером. Зина прилетела к нам домой. Накричала на Таню, но та ничего не поняла. Саша тоже не мог въехать в суть Зининых претензий. Вместе они прошли в комнату, где стоит компьютер. Конечно же, они увидели мое сообщение, отправленное этой мерзкой и бездушной тетке. Вся семья недоуменно уставилась на экран.
– Я такого не писала, ¬– честно призналась Таня. – Да и как-то странно – ни точек, ни запятых.
– Значит, это Ванечка ваш сделал, – уверенно заключила Зина.
– Сообщение отправлено в 10.20. Ваня был в садике. Ира в школе. А мы с Таней на работе. Не кот же наш написал… – заступился за всех Саша. Потом помолчал и добавил:
– Да что обижаться – душегуба назвали душегубом…
Зина смутилась, хотела что-то резко возразить, но тут послышался дрожащий голос Ванечки:
– Тетя Зина, вы взаправду убили своего Барсика?
Покраснев, она выскочила в коридор, бормоча под нос оправдания. Пока котоубийца одевалась и застегивала сапоги, я хотел вцепиться ей в руку, но передумал. Догадаются, кто напакостил. А от Зины теперь всего можно ожидать – возьмет и отравит чем-нибудь…
Весь вечер семья пыталась разгадать загадку гневного послания.
– Хакер подключился к нам? Хотя вряд ли он такой малограмотный… – рассуждала Таня.
– А может, в самом деле Шурик наш написал? – предположила Ирочка. ¬– Если он умеет читать и писать, то его надо продать Куклачеву в цирк за миллион.
От этих слов у меня в душе все похолодело. Не хватало еще за кусочек колбаски мячик по арене катать и на задних лапах бегать. Таня сразу пристыдила дочь:
– Как можно продать члена семьи? Я Шурика не продам ни за какие деньги. Он тебе почти брат!
Уфф… отлегло на душе. Содержание дальнейшего разговора осталось неизвестным: Ванечка взял меня на руки и утащил с собой играть. Сегодня день пряток, а вчера были догонялки. И всегда с моим участием. Видите, какой я востребованный?
Ванечка выпустил меня из рук, а сам побежал и спрятался за угол. Я должен теперь погнаться за ним и сделать вид, будто хочу сожрать его. Мы словно стадо слонов носились по квартире, раздражая родителей и приводя в ярость соседей, живущих под нами. Хотя наши забавы не очень нравятся домашним, но они терпят. Все-таки это счастливые минуты, когда слышен смех ребенка.
Прошло несколько дней. Между родными сестрами словно кошка пробежала, вернее кот. Они почти не общаются. Я по-прежнему вечерами лежу рядом с Таней на компьютерном столе. Читаем вместе всякую ерунду в Интернете. Как-то раз она наклонилась к моему уху и прошептала: «Я знаю, что это ты написал Зине письмо. Кто еще мог все кнопки на клавиатуре когтями поцарапать?». Я не ответил и придал морде озадаченное выражение, как будто ничего не понял.
Как я узнал из Интернета, сегодня необычное полнолуние – Луна приблизится к Земле на минимальное расстояние. Когда все уснут, я заберусь на подоконник и может в эту ночь мне удастся разглядеть бегающего по ней Барсика.

Каждый день в полдевятого утра мимо нашего окна проходит очень неприятный человек. На вид вроде нормальный, а внутри спрятана злоба на весь белый свет. Мы коты такое сразу чувствуем. Идет не один – с сыном – провожает в школу. С утра они оба смурные, словно кого-то похоронили вчера, а вечером еще хуже: папа без конца матерится и отвешивает мальчишке подзатыльники.
– Тупарь! Дебил! Сейчас придем домой – я тебе устрою!
Я догадываюсь, что он ему устраивает: сынишка вздрагивает от любого нечаянного взмаха руки отца. Гляжу на эту картину и становится жаль мальчонку. Хочется помочь несчастному, но что я могу сделать? Разве только поцарапать папашу, когда они будут проходить мимо. У нас второй этаж, дерево растет возле балкона. Я, между прочим, иногда устраиваю тайные вылазки на улицу, но мне в одиночку немного страшно. Недалеко от нашего двора находится большой сквер. Бежать к нему приходится через дорогу, по которой туда-сюда на большой скорости снуют автомобили. Среди кустов и деревьев невероятно интересно. Таня иногда выводит меня в парк вечером погулять, и я начинаю носиться от дерева к дереву, разминая мышцы. Она боится, что я заберусь слишком высоко, а потом не смогу слезть без посторонней помощи. С котами порой случаются такие вещи. Поэтому когда я чересчур увлекаюсь и становлюсь, по словам Тани, неуправляемым, она меня ловит и уносит домой.
Во время прогулок я часто встречаюсь с другими котами. Они обычно возмущаются и вопрошают – какого черта незнакомец забрел в их владения? Я не вступаю с ними в разборки и стараюсь обходить стороной. Никогда не приходило в голову претендовать на завоеванную ими территорию. У нормального цивилизованного кота есть свой дом, в котором его всегда накормят. Как-то на прогулке в сквере я увидел жуткую картину: какая-то женщина в оранжевой куртке с мохнатой палкой в руках подошла к колодцу, достала из своего мешка мертвых котов с кошками и начала скидывать их внутрь. Я оцепенел от ужаса. Зачем она это делает? За что их убила? Она почувствовала мой взгляд и обернулась.
– А ну-ка брысь отсюда, чтоб я тебя больше здесь не видела! – крикнула эта похожая на ведьму тетка.
Я задал такого стрекача, что за какую-то минуту пересек весь сквер, перебежал дорогу и одним махом взобрался по тополю на свой балкон. С тех пор, едва заслышав шарканье метлы по асфальту, я стремглав кидаюсь наутек подальше от этой страшной фурии. Мешки погибших собратьев и история с Барсиком преподали мне урок – оказывается, не все люди хорошие, многие из них злые и даже опасные животные.
Описанные события еще сильнее подогрели мою ненависть к мужику, который постоянно обижает своего маленького сына. Как можно бить тех, кто слабее тебя? Если бы на свете существовал добрый волшебник, то я попросил бы его превратить меня в тигра. Уж тогда бы тому папаше не поздоровилось.
Сначала я наблюдал за мужиком в одиночку, но потом подумал, что домашние тоже должны знать о нем. Я выбрал Таню, чтобы сообщить ей о вопиющей несправедливости. Подходил, терся об ноги, мяукал, а потом вспрыгивал на подоконник. Она шла за мной, смотрела в окно, но, наверное, совсем не обращала внимания на прохожих. Не заметить их ведь было невозможно. Танечка обычно недолго задерживалась у окна, а уходя непременно легонько трепала меня за ухом. Она знала, что мне это нравится.
Я долго размышлял, какой придумать план наказания для жестокого папаши. Но вскоре произошло очень неприятное событие, оно-то и натолкнуло на идею. Мне здорово влетело ни за что, точнее за какое-то утерянное желтое колечко. Таня призвала на помощь Ирочку и, без конца чертыхаясь, с расстроенным видом лазила на четвереньках по всей квартире. Наблюдать как люди ходят на четвереньках – забавное удовольствие. Я бы сполна им насладился, но мешало чувство жалости. Судя по издаваемым возгласам, Танечка потеряла целое состояние, а если кольцо не найдется, то вся ее дальнейшая жизнь будет разбита. Я искренне не понимал, как можно лить слезы из-за такой ерунды. Попозже вечером, когда силы у них иссякли, на розыск колечка отправился я. У нас зрение получше чем у людей, потому я через пару минут без особого труда обнаружил пропажу за ножкой дивана. Я торжественно выкатил находку на середину гостиной, в душе уже рассчитывая получить вознаграждение в виде чашки сметаны, но не тут-то было!
– Ах ты, негодник! – закричала Таня. – Стянул у меня кольцо и балуется с ним! Мы из-за тебя весь дом перерыли!
Она схватила со стола газету, свернула ее трубочкой и несколько раз шлепнула по моей голове и спине. Представляете, как обидно?! Я старался, искал, а она отплатила черной неблагодарностью. В знак протеста я забился в угол за диван и не выходил два дня. Всей семьей они уговаривали меня вылезти, ставили миски с едой неподалеку, но я отворачивался и оставался непреклонен. Лучше умереть с голоду, чем терпеть такое! Потом Таня с Сашей отодвинули диван от стены, вытащили меня и попросили прощения. Только тогда я сдался…
Ах, да – какой же у меня созрел план? Я решил использовать злополучное кольцо в качестве приманки для злого папаши. Если из-за никчемной безделушки Таня так сильно убивалась, то, возможно, и он на нее клюнет. Есть риск потерять колечко, но я старался не думать о таком исходе. Решил так: заведу негодяя в то место, где находится укрытый кустами колодец, а если он вдруг в него упадет – туда ему и дорога. У нас нет возможности усыплять людей, а ведь многие из них этого вполне заслуживают.
Ждать подходящего момента пришлось почти месяц. Для осуществления хитрого и коварного замысла требовалось одновременное совпадение двух факторов: первый – Таня должна забыть колечко дома, второй – наличие открытой форточки на балкон. Кольцо можно было украсть заранее, но я не решился это делать во избежание неприятностей.
Время шло, а дело не двигалось. Я нервничал так, что похудел. Это не укрылось от глаз Тани. Как-то раз, придя с работы, она довольно бесцеремонно схватила меня за подмышки, посадила в кресло и запихала в рот отвратительный на вкус порошок.
– Это, Шурик, чтоб у тебя глисты не водились, – сообщила она.
Я пришел в бешенство. Глистов у меня нет и никогда не было. От порошка к вечеру разболелся живот и сильно тошнило. Хоть я Таню люблю, но мне захотелось сделать ей маленькую гадость. Я принципиален – ни одно зло не должно оставаться безнаказанным. Ночью, когда все спали, я запрыгнул на тумбочку и нажал лапкой кнопку будильника. Утром, как и следовало ожидать, они всей семьёй проспали и, словно оглашенные, бегали по квартире впопыхах натягивая на себя одежду. За нажатую кнопку будильника нагоняй получил Саша. Признаюсь, я злорадствовал.
Колечко Таня сегодня не надела, форточки во всем доме остались нараспашку, а в ванной горел забытый свет. Давно надо было мне так сделать, а то бы пришлось ждать удобного случая до скончания века. Мальчик, конечно, вырастет и даст папе сдачи, но когда это произойдет, он уже превратится в забитого неврастеника.
Судя по часам, отец уже увел сына в школу и должен возвращаться обратно. Пора действовать! Я вытащил лапой из вазочки кольцо, ухватил его зубами и отправился на балкон. С балкона перепрыгнул на ветку тополя, спустился на газон и стал ждать. Сильно переживал – а вдруг колечко его не заинтересует, тогда пиши пропало…
Вот и появился тот мужчина. Он шел быстрой походкой, и я, не теряя времени, выскочил на тротуар и положил перед собой колечко. До меня оставалось несколько метров и я весь напрягся в ожидании. Подойдя ко мне, он остановился и с ехидцей спросил:
– Что, котофей, хозяева выгнали? В ботинки гадил, наверное?
– Нэу-у, – ответил я.
Тут взгляд папаши переместился ниже, и он заметил колечко. Глаза хищно загорелись, брови высоко вздернулись и рот расплылся в счастливой улыбке.
– Ого! Вот это удача! Колечко золотое! – воскликнул он.
«Клюнул!» – радостно пронеслось у меня в мозгах.
Мужчина нагнулся и уже протянул руку за кольцом, но я мгновенно подтянул его когтем к себе, схватил в зубы и бросился под припаркованный возле тротуара автомобиль.
Злобный папаша сначала оторопел, потом пришел в себя и закричал:
– Э, котяра, кольцо отдай! Отдай кольцо, ворюга!
Он стал кружить возле автомобиля, приседать и заглядывать под низ кузова. Я перебегал от одного колеса к другому и не выпускал из пасти приманку. Ругательства так и сыпались из него:
– Мурзик! Или как там тебя – Васька?! Отдай кольцо, гад! Прибью тебя, мохнатая сволочь! Собак натравлю!
После нескольких неудачных попыток отобрать вожделенный предмет мужчина понял, что меня так просто не достать. Он подобрал с газона веточку и попытался подсунуть ее под машину. Недолго думая, я перебежал под следующий автомобиль, у которого посадка была ниже. Там мне будет безопаснее. Мужчина распалялся все больше и больше, похоже, от вида желтой безделушки он потерял рассудок. Через какое-то время он устал нарезать круги и ждать когда я вылезу. Мой противник шумно выдохнул, уселся на карачки и принялся жалобно упрашивать:
– Котик – ласковый животик, отдай колечко, я тебе колбаски дам. У меня вкусная колбаска есть, ням-ням колбаску? Ну отдай мне колечко, я из него себе крестик сделаю, молиться за тебя буду. Котик, ну ты же не сорока, которая все блестящее ворует, отдай кольцо!
А я знай себе спокойно лежу, катаю колечко из одной лапы в другую да посматриваю в злые и фальшивые глаза своего преследователя. Потрепав нервы ему еще немного, я решил действовать. Вылез из-под днища машины с противоположной стороны и побежал в сторону сквера. Мужчина сразу кинулся за мной. Чтобы добраться до сквера нужно перебежать большую дорогу. Я выгнул хвост дугой и припустил вдоль трассы, выжидая, когда стихнет поток машин. Злобный папаша бежал поодаль и не собирался отставать. И вот он долгожданный момент: взгляд налево, потом направо и бросок на огромной скорости через проезжую часть. Осталось немного – сейчас он перебежит вслед за мной, мы промчимся через сквер, я перепрыгну через колодец и все. Только бы люк не оказался закрытым…
Как часто случайность портит задуманное: неожиданно послышался сильный удар и крик. А в следующий миг – оглушительный визг шин по асфальту. Машины на трассе остановились, шоферы выбежали из автомобилей. Оставшиеся стали громко сигналить. Я услышал стоны и всхлипывания. Я не обернулся, но почему-то был уверен – плакал тот злой человек.
– Ой, больно мне, так больно! Помогите!
К месту происшествия стали сбегаться прохожие. Я спрятался в кусты акации, наблюдал и прислушивался к происходящему. Кто-то ругал водителя, который сбил пешехода, другие наоборот ругали сбитого мужика за то, что перебегал дорогу в неположенном месте. А нехороший человек продолжал громко плакать, словно ребенок. В этот момент мне на секунду стало жаль его. Если Таня узнает, что это я во всем виноват, по животику меня не погладит.
На дороге образовалась большая пробка, и мне пришлось долго отсиживаться в кустах. Я мог бы побегать по парку, но очень боялся потерять кольцо – надо было доставить его домой в целости и сохранности.
Постепенно все улеглось, скорая и полиция разъехались, и я решил возвращаться к себе. С зажатым в зубах колечком я добрался до своего двора и только обогнул угол дома, как лоб в лоб столкнулся с той страшной теткой в оранжевой куртке. Все конец! Сейчас она жахнет меня мохнатой палкой по голове, а потом отнесет бездыханную тушку в колодец и сбросит на дно. Но что это? У тетки необычно добрые глаза. Я не мог обмануться, в этом мы коты никогда не ошибаемся. Я растерялся и продолжал стоять перед ней. Тетка сокрушенно покачала головой, а потом сказала:
– Не бегали бы вы, родименькие, в парк – большая злая собака там гуляет, не один десяток кошек уже передушила. Сидите дома от греха подальше.
Все стало ясно – она вовсе не убийца, а добрый человек. В смерти тех несчастных кошек виновата собака. Я облегченно вздохнул, обогнул ее, добежал до своего тополя и в четыре прыжка оказался в родной квартире. Оранжевая тетка, проводив меня глазами, продолжила шаркать мохнатой палкой по асфальту. Вот мне интересно, а колечко она заметила у меня в зубах или нет? Думаю, все же не увидела…
С этого дня мальчик ходит в школу один. С его лица исчезло выражение безысходности и страха. Я даже вижу, как он улыбается. А недавно стал возвращаться из школы с другом. Они всегда громко разговаривают и хохочут. У меня при этом сразу поднимается настроение: начинаю носиться по квартире, запрыгивать на шкафы и на ковер, висящий на стене. Раньше я ни разу не замечал, чтобы он с кем-то гулял. Предполагаю, его папаша по характеру такой же, как наша Зинка, и потому считал – сыну друзья не нужны.
Прошло полгода. В моей жизни ничего особенного не произошло. Так мелочи: купили новую чашку для еды, заменили тазик в туалете и все. Есть и неприятные новости – вместо березовых опилок в тазик стали насыпать сосновые, а они мне не нравятся. Я бы мог и унитазом пользоваться, но мне неприятно ощущение холодного ободка. Что еще? Таня помирилась с Зиной. Иногда сестрица приходит к нам в гости, один разок пыталась погладить меня, но я, прижав уши, зашипел и показал ей зубы. «Неужели он на меня так из-за Барсика?» – прочитал я в тот момент ее мысли и ответил воплем: «Ва-ау-р-р!». Больше она ко мне не подходит. Ирочка тут как-то за ужином заявила, что неплохо бы в нашу семью взять щенка мопса. Саша пока сопротивляется. Говорит – все в семье лодыри, а ему с ним гулять по утрам неохота. Он совсем не понимает, что с мопсом будет веселее. Если щеночка заведут, я постараюсь воспитать из него настоящего кота. Такие вот у нас в семье дела. По-прежнему люблю сидеть на подоконнике и держать весь двор под контролем. По ночам смотрю на луну. Барсика на ней все никак разглядеть не получается, но, кажется, следы его там есть.
Ах да, забыл сказать – злого отца того мальчика выписали из больницы. Он теперь не провожает сына в школу, а только встречает. Выезжает после обеда из подъезда на тротуар в своей инвалидной коляске и смотрит вдаль, терпеливо ожидая, когда сын с другом подойдут к нему и повезут на прогулку в сквер. Папа не кричит на сына теперь. Он подобострастно заглядывает в глаза мальчику и что-то ласково говорит. Думаете, он стал хорошим человеком? Нет!
Я могу объяснить, почему он так себя ведет. Недавно мы с Таней узнали из новостей, что где-то разрешили в специальных лечебницах усыплять больных людей. Правильно, давно пора, не все нас… Злой отец теперь до ужаса боится, как бы сыну не надоело катать эту коляску с огромными колесами. Я все вижу на папашином лице – как бы он не лебезил перед своим сыном, глаза у него остаются все такими же злыми и фальшивыми, как раньше.

Автор: Мистер_Найтли